Анатолий Шагунов: «Гиря на весах Фемиды»

Наш герой считает свою профессию столь же значимой, как профессии учителя и врача. С врачами сравнение, пожалуй, наиболее точное — если мы попали в сложную ситуацию, мы не пытаемся помочь себе сами, а обращаемся к специалисту, на которого возлагаем подчас последнюю надежду. Итак, знакомьтесь: адвокат Анатолий Шагунов.

Анатолий Шагунов
Анатолий Шагунов

— Анатолий, почему вы выбрали профессию адвоката? Как давно вы практикуете?

— На мой взгляд, адвокат — одна из основополагающих профессий, ведь он защищает людей, что в нашей непростой жизни дело важное и благородное. Адвокатскую практику я веду более 5 лет: уголовные дела, экономические споры и т. д. Ко мне могут обратиться как граждане, так и компании: помощь бизнесу в судах можно даже назвать моей специализацией. Я веду сложные дела и сотрудничаю с предприятиями разного масштаба и сферы деятельности: «Химпром», «Золушка», «Строй-Альтернатива», «Среда» и множество других.

Кроме того, я открыл свой адвокатский кабинет, в котором объединил множество специалистов. У каждого нашего юриста свой профиль: административное право, налоговое и т. д. А я, помимо руководства сотрудниками, выполняю адвокатские функции, ведь адвокат — это больше чем просто юрист. Нужно пройти обучение, стажировку, сдать экзамен на право ведения адвокатской деятельности. Все вместе мы помогаем компаниям на разных этапах работы, страхуем их деятельность с юридической точки зрения. Но, подчеркиваю, к нам могут обратиться и обычные граждане, не только юрлица. Наш работа — защищать, и неважно, какой субъект к нам обратится.

— Но ведь в штате компаний работают юристы. Разве их недостаточно?

— Юрист — это образование, а адвокат — профессия. Обычно юристы, работающие в компаниях, имеют довольно узкую специальность: в основном составление договоров либо участие в судах по понятным и конкретным спорам. К тому же, у штатных юристов часто замылен глаз, они смотрят и думают однобоко. А адвокат, оказывая услугу предприятию, смотрит на ситуацию шире. Во-первых, он не подчиняется руководству компании, которую защищает, это независимый правовой советник. Во-вторых, квалификационный экзамен в нашей стране сдают только судьи и адвокаты. Практика у адвоката обширна и разнообразна. Споры, которые возникают у компаний, зачастую решаются не прямым исковым заявлением, а другими способами, которые адвокату известны лучше, чем обычному юристу.

Еще один важный аспект — знание процессуального права, того порядка действий, который следствие должно соблюдать в ходе расследования. Мы следим за процедурой, и если появляются ошибки, в нужный момент на них указываем. Зачастую вопросы, а, следовательно, и выводы экспертов направлены на обвинительный уклон. А мы контролируем ход расследования в интересах своего клиента, и мне в этом смысле неважно, виноват мой доверитель в совершении преступления или нет. Ведь на стадии расследования это все равно невозможно утверждать точно, а в нашей стране действует презумпция невиновности. Мы полностью и беспристрастно доверяем нашему клиенту, это основа нашей работы.

— Получается, адвокат часто — последняя надежда при столкновении с обвинительной машиной?

— Это, скорее, система, а не машина. Процесс построен на состязательности, это отображено в законе. Однако не секрет, что оправдательных приговоров у нас выносится около 1%. Хотя говорят, что у Фемиды закрыты глаза и суд непредвзят, иногда обвинительный уклон процесса очевиден. Просто каждый в системе делает свою работу, от момента возбуждения дела и до вынесения приговора, а в итоге без квалифицированного защитника человеку противостоять этой системе тяжело. Не понимая, в какой момент на заседании следует заявить нужное ходатайство, как правильно построить речь, как соблюсти процессуальный порядок, победить сложно.

— Вы как адвокат чувствуете давление этой системы на себе?

— Иногда. Если заводится уголовное дело, в котором статус обвиняемого шаток, появление квалифицированного защитника следствию невыгодно. Это может закончиться даже отводом адвоката. Но мы не вставляем следствию палки в колеса, мы просто ставим следователя в рамки, в которых он вынужден действовать строго законно. К примеру, допрос у нас должен проводиться не более 4 часов, а на практике он может продолжаться и 6-8 часов, после чего любой человек готов подписать все, что угодно.

Однако я представляю интересы компаний не только в нашем регионе и поэтому могу сравнивать. Например, Москва мне кажется более сложным регионом для работы адвоката, а в Волгоградской области среда более-менее благоприятна. Поэтому хочу подчеркнуть еще раз: руководители предприятий или обычные граждане, у которых возникают правовые проблемы, должны обращаться к специалисту-адвокату. Например, приходите в наш адвокатский кабинет: улица Козловская, 47б, 1 подъезд, код 69. Или позвоните нам — 8(995)428-44-27 или 8(905)399-99-25. И тогда у вас появится шанс решить любую проблему благоприятным образом.

Похожие статьи:

Читайте также: