Знания — это пока наша слабость

Карэн Туманянц

«Экономика знаний» уже перестала быть выдумкой ученых-теоретиков и превратилась… в головную боль большей части волгоградских предпринимателей. Знания, опыт, компетенции и навыки становятся активом компании только благодаря ее сотрудникам. А вот с ними — все сложнее. На рынке труда региона сложилась парадоксальная ситуация: безработица существует одновременно с вакансиями. Работодатель не может найти среди претендентов подходящего сочетания зарплатных ожиданий и квалификации. И в ближайшее время кадровый голод будет только нарастать.

Существует как минимум две причины этого. Во-первых, на рынок труда выходит малочисленное поколение рожденных в 90-е годы прошлого века, а покидает его многочисленная группа послевоенных бэби-бумеров. В ближайшее десятилетие на смену двух ушедших на пенсию человек будет приходить лишь один молодой. Учитывая очень низкий уровень производительности труда в российской экономике и колоссальные непроизводительные резервы преимущественно в бюджетном секторе, можно было бы ожидать, что бизнес сможет пережить эту демографическую яму за счет повышения эффективности использования трудовых ресурсов. Применение новых технологий и увеличение интенсивности труда в российских условиях обладают гигантским потенциалом повышения производительности труда. Но здесь возникает фактор №2.

Качество рабочей силы стремительно снижается, и найти персонал, соответствующий более жестким требованиям, просто невозможно. Для старшего поколения осваивать современные технологии и поспевать за новыми веяниями зачастую оказывается очень сложно. А подрастающая смена не всегда дотягивает и по образовательному уровню, и по личностным качествам. Получается, что решить проблему потенциального дефицита кадров без квалифицированных сотрудников просто не получается.

В чем же причина сложившейся патовой ситуации? К сожалению, истоки придется искать в системе образования. Наши дошколята и ученики начальной школы в массе своей демонстрируют подготовку выше средней по сверстникам из других стран. А вот старшеклассники и студенты, увы, не блещут. Не думаю, что провал в среднем звене целиком связан с низкими зарплатами учителей и плохим финансированием образования. В детских садах и начальных классах ситуация не лучше, хотя гордиться здесь нечем и, конечно, увеличивать расходы на подготовку детей необходимо. Но вряд ли кто-то всерьез полагает, что, например, двукратный рост денежных вливаний в образование приведет к повышению качества выпускников учебных заведений.

Образовательная услуга, так же как и медицинская, относится к той немногочисленной группе благ, качество которых зависит не только от производителя, но и от потребителя. Будем реалистами, учеба — это труд, и рассчитывать на громадное желание детей получать знания не стоит. Т.е. внутренней мотивации нет или она очень слаба; значит, должна быть внешняя мотивация. Но оказывается, что ее тоже нет. Сегодня фактически школы не могут оставить ученика на второй год. Даже оставление неуспевающих «на осень» воспринимается как ЧП районного масштаба и порождает только дополнительную головную боль у учителя, наказавшего самого себя. Школа не может исключить даже самого нерадивого учащегося, не может формировать классы, исходя из уровня подготовки учеников.

Все это означает, что как бы ни учился ученик, двойки в году у него гарантированно не будет ни по одному предмету. Молодое поколение очень быстро начинает понимать «правила игры» и умело ими пользуется, то есть просто перестает учиться. Теоретически, помимо неработающего кнута, должен быть и пряник. В его роли должны выступать возможность поступления в хороший вуз, получение перспективной высокооплачиваемой работы. К сожалению, этот рычаг также не работает. В обществе уже устоялось мнение, что замечательная карьера и хорошие знания — вещи практически не связанные между собой. Возможно, это действительно так. Наверное, у каждого найдутся свои истории как подтверждающие эту мысль, так и ее опровергающие. Но складывается впечатление, что в большинстве семей культивируется цель именно получения «корочки», а не знаний. В нормальной экономике рынок труда жестко наказывает тех, кто гонится за бумажками, а не квалификацией. Будет ли так в России? Жизнь покажет. Но если ценность знаний будет расти, огромную часть молодых людей ждет серьезное разочарование. И для многих исправить ситуацию будет уже невозможно.

Поэтому лучше уже сейчас детям и внукам демонстрировать силу знаний. А когда это станет именно так в нашей стране, мы твердо сможем сказать, что российская экономика окончательно выздоровела.